Каково было ваше первое впечатление от романа «Торговец дурманом» Джона Барта?

У меня не было первого впечатления. Я читал его в течение года по мере того, как переводил. Конечно, я понимал, за какую глыбу осмеливаюсь взяться. Вещь, созданная и признанная великой еще когда меня на свете не было. И автор жив, и даже знает, что запланирована такая дерзость, и не возражает. Груз колоссальный[1].

[1] Джон Барт был жив в начале работы над переводом и благословил выход этого издания, прежде чем внезапно умер 2 апреля 2024 года.

Какие особенности оригинального стиля и атмосферы романа вам было необходимо передать в переводе?

Выделить трудно. Требовалось передать всё. Вещь написана «под 17 век» со всеми вытекающими сложностями. Писать на языке допетровской эпохи было невозможно, так что пришлось напрячься. И еще это на редкость смешная штука. Поверьте, меня очень трудно по-настоящему рассмешить, но в этом случае бывало, извините, до истерики. Это тоже пришлось адекватно передавать.

Какие вызовы вы испытывали при переносе текста классика постмодерна на русский язык?

Переводить постмодерн трудно так же, как и все остальное, не вижу надобности выделять. Труднее всего было со стихами. Я не поэт. Как, впрочем, и главный герой, что облегчило задачу.

Возникали трудности с топонимическими, этнографическими аспектами, потому что не всегда удавалось найти русскоязычный аналог. Та же проблема с «говорящими» именами собственными. Ну, и вы сами говорите: классик постмодерна. Огромный роман, у нас ни разу не переводившийся — само по себе вызов. Где Барт, и где я?

Что вы считаете наиболее значимым и интересным в этом произведении для читателей русскоязычной аудитории?

Аудитория велика, я не могу предсказать, что и кому покажется интересным. Скажу так: сюжет в значительной мере строится на ошибочной оценке реальности главным героем. Думаю, это значимо. Вдобавок это роман воспитания, роман становления, роман плутовской, местами непристойный, зачастую очень смешной, а наш читатель — да и не наш — не избалован такими «букетами».

Добавляло ли трудностей к работе над переводом то, что произведение пропитано философскими и метафизическими аспектами?

Нет. Это было бы трудно при наличии особой терминологии, с которой я не был бы знаком, но такого не нашлось.

Если говорить об особенностях вашей работы в целом, как вы воспринимаете роль переводчика?

Переводчик должен сохранить и передать атмосферу и смысл. Без этого перевода не будет. В моем случае возникла обязательная эмпатия, но по отношению к произведению, а не к автору, которого я не имел чести знать лично. То есть «настроиться на волну» и получить удовольствие очень важно. Через месяц работы я совершенно сроднился с героями и даже продолжал их диалоги по своему вкусу. Конечно, эти продолжения в текст не вошли.

Какие надежды и ожидания связаны с выходом этой книги на русском языке и какую реакцию читателей вы предвидите?

Я надеюсь и ожидаю, что она выйдет, это в первую очередь. Предвидеть реакцию не в силах. Думаю, резонанс возникнет, эта вещь — событие, произведение слишком известное и крупное. Я сходу вообще не подберу аналога. «Тристрам Шенди» Стерна? Возможно. Чтобы оценить, читатели должны книгу прочесть. Вот как можно это сделать: https://wyrgorod.ru/shop/details_16262.html

Какие аспекты работы переводчика оказались особенно увлекательными и вдохновляющими в процессе перевода романа «Торговец дурманом»?

Вряд ли это аспект работы переводчика: мне, повторяю, было весело, как давно не бывало. Я читал по ходу перевода, не зная, что будет дальше, и пребывал в отличном настроении. Наш читатель был долгое время лишен этого шедевра, и я теперь завидую ему.

[1] Алексей Смирнов родился в 1964 году в Ленинграде. Врач по профессии. Член Союза писателей Санкт-Петербурга, прозаик, переводчик. Автор книг «Собака Раппопорта», «Место в Мозаике», «Под крестом и полумесяцем», «Хищная оттепель», «Лето никогда», «Ядерный Вий» и др. Переводчик произведений Дж. Барта, Г. Гаррисона, Р. Шекли, П. Бретта, Б. Стокера, Д. Хьюлика, Б. Сандерсона, Э. Резерфорда и других.

Интервью брала Поймёнова Катерина, менеджер проектов в сфере культуры.

Сообщение «Это роман воспитания, роман становления, роман плутовской, местами непристойный, зачастую очень смешной, а наш читатель — да и не наш — не избалован такими “букетами”» — интервью с переводчиком романа Джона Барта «Торговец дурманом» Алексеем Смирновым[1]. появились сначала на Литературный журнал НАТЕ.