«Ей всего 18», — так скажешь, если не знаком с ее стихами. Но для поэзии этого достаточно: уже есть немалый эмоциональный, социальный опыт. Дарья пишет с 12 лет. С 15-ти она публикуется. Есть даже сборник — «Не в этой реальности»². И в нашей реальности поэту должно быть вполне комфортно. Но, как лермонтовский парус, она ищет чего-то другого. Вернее, постоянно нарывается на что-то другое. И пишет о странном, некомфортном, диссонирующем:

Я вроде бы проморгалась,

но страшный мир исчезать

совсем, увы, не спешит.

(«Диссонанс»)

«Диссонанс» — новое стихотворение, еще не опубликованное. И снова Золушка сомневается: «Не уверена, что аудитории подойдет». Она сама ощущает «неудобность», неловкость строк, потому скорее даже не сомневается в дружелюбности аудитории, а заботится о ее комфорте.

А комфорт — это плед, мячик, не задумывающееся о мире детство. Взросление в Дашиных стихах — страшное перемещение в непонятно страшный мир. Во взрослые не посвящают, не приглашают. Это выглядит так, словно кто-то выталкивает ребенка из детства. И никто не примет человека обратно в дети:

Когда ты вдруг становишься взрослым,

Все не становится сразу легче и проще,

Люди теперь непонятные, злые и странные,

Какие-то глупые и несуразные.

А какие-то – слишком гуманные.

(«Когда ты вдруг становишься взрослым…»)

В этом стихотворении — одном из тех, что посвящены превращению детей во взрослых, — Даша все же поделилась незлым и нестранным вариантом взросления:

Но бывает и так, что, когда ты становишься чуточку старше,

Ты забираешь из детства с собою все самое-самое лучшее,

Идешь вперед, детские песенки напевая, военным уверенным маршем,

И учишься замечать вокруг не только самое-самое худшее.

— Словно добрая крестная фея волшебной палочкой указала Даше на то «не самое худшее», что есть в нашем взрослом мире… Эта же фея выделила для меня воображаемым маркером важные слова-маячки: «вдруг», «отчаянно», «не скрыться».

          «Вдруг» стать взрослым — тоже волшебство, но неправильное: уснуть в детстве, а проснуться во «взрослости» не всем понравится. Но и «стать», то есть повзрослеть, пройдя путь (или обряд) взросления-вырастания, — тоже испытание. Не всем удается пройти его с песенкой.

Пока еще не время спрашивать у Даши, что же значит «отчаянно повзрослеть». Может быть, уйти далеко за границы 18-ти (далеко — года на два)? Или взрослеть, сопротивляясь? Или стать «грустным взрослым», с которым, как чувствует поэт Даша, не всем захочется общаться?..

Стать взрослым — не только заболеть грустью, но и лишиться того пледа, под которым можно было спрятаться:

И не скрыться порой от всего этого ужаса на бескрайней планете.

Но все же Дарья пытается взрослость немного оправдать — присматриваясь к своим взрослым друзьям:

Всех друзей моих — не перечесть до заката,

Про каждого рассказать — велика загвоздка.

Но я с каждым из них познакомиться снова была бы рада.

И не важно, что каждый из них — «скучный и нудный взрослый».

(«Моя подруга тушила пальцами спички…»)

…и прислушиваясь к «абсолютно новой себе»:

Теперь, повзрослев, ты поймешь все прелести жить одному, в достатке,

В поисках того самого, единственного человека.

(«Когда ты вдруг становишься взрослым…»)

Сообщение Даша решила (пока) не взрослеть появились сначала на Литературный журнал НАТЕ.

 

Сообщение Песни Любви и Веры появились сначала на Литературный журнал НАТЕ.