Рассказы
С Новым годом, мамочка
Синий пёс, с жёлтыми, горящими светофором глазами, смотрит из красного альбома по искусству. Внутри всё незнакомо. Розовый мир. То ли дело там, снаружи. Геометрия простых
Так появляются горы
— Дорогая, а куда мы идём? — Дорогая улыбается, морщит лицо. Он спрашивал три минуты назад, и это, в общем, неважно, куда. — На автобус,
Нет и не будет
Последнее, что я успела заметить, пока он был еще жив, — его рука с тем самым металлическим браслетом с буквами… у нас были парные. По
Последний философ
Он помнил, что вот-вот — и листва осыпется, снег, второй, потому как первый всегда тает следующим утром, он тоже осыпется на задремавший мир, и что
Дом
Посвящается тем, кто не может вернуться домой Дорога извивалась, взбираясь на гору. Они уже подъезжали. Из-за низких заборчиков свешивались ветви алычи. Моря видно не было.
На Дону и в Замостье
Андрей В третий эскадрон семнадцатого полка Первой конной армии, стоявший в селе Гурьевка, мы с Колей Морозовым прибыли почти одновременно. Еще не стихли смешки бойцов,
Княгиня
Костя устроился сторожем в усадьбу Рябушинских четыре года назад, когда ее с концами закрыли для посетителей. То есть не усадьбу, а ФГБУ «Санаторий “Астафьево”», хотя
Чужой воздух
1. От квартиры до почтовых ящиков — пять этажей вниз. От почтовый ящиков до двери подъезда — восемь шагов. От крыльца подъезда — к яблоне,
Достать до шишкового солнца
На деревенской улице, как на сковородке — жарко, душно и пыльно. По безлюдной дороге, поднимая с асфальта пыль, мчались на велосипеде братья: младший Андрюша и
Хлеб и вино
Завтра будет воскресенье Две приятельницы-однокурсницы идут по городу, несколько переулков где-то возле Малой Никитской, то один, то другой. Может быть, чашечка кофе, может быть, бокал
Даль и невозможность
Мы садимся в поезд. Случайно задеваю плечом подругу. Сильно горит кожа: вчера мы уснули прямо на пляже, а сегодня утром возвращаемся в Тбилиси. Вечером самолет
Самозванка
В правом кармане вибрирует телефон. Наверное, одно из бесконечных уведомлений, сервис доставки продуктов сообщает о скидках на кошачий корм. Снова вибрация. И опять. Достаю телефон
В коробке
Кругом рассыпаны осколки стекла. Руки колет — они изрешечены сотнями мелких порезов. Вдалеке слышится шум, топот, завывающие сирены. Крик вырывается из ее груди. Он такой
Зарянка на подмостках
— Я живу, пока живы мои ноги, — часто говорила мама. Наш дом был на окраине деревни Зарянка, которая с вороватой боязливостью прижималась к боку